Вт, 23 Июл 2019г
/ T:  °С

Погода


Погодные датчики


Включите cookie!

    _
     °С
    _
     %
    _
     mmHg
    _
     мин. назад
    <
    Скачать_Виджет
 

Свежее

Торг здесь неуместен

Рейтинг пользователей: / 2
ХудшийЛучший 

Разговор двух приятелейАлексей Фомич прошёлся по торговому залу, осмотрел полки, заполненные расфасованными продуктами и сопутствующим товаром и, удовлетворённый, открыл входные двери магазина. Магазин был небольшим, но располагался на «бойком» месте и приносил неплохой доход своей хозяйке, у которой был ещё один такой же магазин.

Коллектив возглавляла тридцатилетняя Анфиса Юрьевна, совмещающая обязанности товароведа и бухгалтера, а иногда и сама садившаяся за кассу, когда нужно было подменить кого-либо из продавцов. Под её началом трудились две бригады, в каждой по два человека, которые чередовались через два дня. Во второй бригаде работал старый приятель Фомича - Степан Гаврилович сорока восьми лет, - которого он ранее  порекомендовал хозяйке.

Когда схлынули утренние покупатели, - в основном старушки-пенсионерки, - в зале появился Степан Гаврилович.

Other drugs are used to treat diabetes. You may have heard about Viagra manufacturer coupon It is also known as Sildenafil. Although erectile dysfunction is more common in men over sixty, men of any age can develop erectile problems. Sexual disfunction can influence the quality of living. Low libido isn't the same as impotence, but numerous similar aspects that stifle an erection can also dampen your libido. While the curing is credited with improving nausea, it may also kill the mood in bedroom. If you have disappointment getting an hard-on, it's considerable to see a certified doctor before taking any sort of drugs.

- Привет, Фомич! Я, похоже, когда вчера магазин закрывал, забыл очки. Пришёл домой, хотел газету почитать; обшарил все карманы, а очков нет.

- Лежит в подсобке на столе какой-то очешник, - твой наверное. Пошли, заодно и чайку попьём, у меня там заварка настаивается.

За чаем обсудили международную обстановку, - сошлись во мнении, что на третий срок Буш-младший избираться не будет. Постепенно разговор скатился на житейские темы, которые для них были более близки и понятны.

- Мы с тобой, Фомич, вроде как, на одной работе трудимся, а поговорить по душам редко удаётся; вот и сегодня, если бы не очки, то и не зашёл бы в магазин без дела.

- А вот это, Стёпа, и хорошо. Коллектив у нас подобрался настолько толковый, что за много лет ни одного случая воровства или недостачи; вот и нет нужды каждую пересменку устраивать передачу товара, поэтому и не встречаемся. Да, для нас же и лучше: «отбарабанил» два дня, и занимайся домашними делами.

- Ты, я слышал, молодым домик прикупил?

- Со сватами вскладчину купили дом немецкой постройки; да ты его, наверное, видел: угловой дом возле каменного моста, огород к речке выходит.

- А-а, помню. Какой-то он облезлый, неухоженный, никакого вида.

- Вот мы его сейчас со сватом, да с зятем в божеский вид и приводим. Ободрали весь снаружи, будем облицовочным кирпичом обкладывать, уже фундамент залили. Сват хорошую идею подбросил: предлагает купить в какой-нибудь деревне недорогой дом на снос, пристроить его к нашему, да и обложить кирпичом под одно; вот и получатся настоящие хоромы. Хочу «пошерстить» объявления, может быть сторгую какую-нибудь развалюху тысяч за двадцать.

- А чего «шерстить»? У меня в Клубках дом остался; забирай и перевози. Далековато только, да и не знаю, - целый ли он; может быть пацаны какие сожгли; ничего удивительного.

- Ты, что же, Степан, не присматриваешь за ним что ли?

- Присматривать, Фомич, некогда, да и далеко, а сам дом доброго слова не стоит. Последний раз я был в тех краях лет пять назад; там тогда ещё две или три старухи на всё село оставались, да несколько пустых домов, а остальные жители разъехались и дома перевезли. Я как раз из Банновки мимо ехал и завернул. Гляжу, вроде целый; я даже во двор не заходил. Ворота кто-то спёр. Посмотрел я посмотрел, да и уехал. Так что, бери, пользуйся и меня вспоминай добрым словом.

- Ну, и сколько ты за него хочешь содрать с меня, если не секрет?

- Какие деньги, Фомич, бог с тобой! Там вся крыша ржавая была, небось и снег и дождь там так «поработали», что всё дерево прогнило. Ты поезжай, посмотри, может там и выбрать-то нечего; я его уже давно в хлам списал, а ты деньги.

- Нам бы вместо съездить; как я узнаю, какой дом твой, а какой не твой?

- Да, пойми ты, садовая голова, что нету там уже села, а из тех пяти-шести домов, что когда-то оставались, один мой - пятистенок, рубленый в чашу под железной шатровой крышей, - а остальные все флигеля. Я тебе к вечеру ключ занесу; в замо́к-то я автол заливал, должен ещё работать. Вот и узнаешь: этот дом или не этот.

Вечером, после ужина, рассказывал Степан Гаврилович жене о своём разговоре с Фомичом.

- Решил я, Таня, отдать ему наш домик в Клубках; всё равно разваливается без присмотра, а так, глядишь, хоть какая-то польза для человека будет.

- Ну и правильно, Стёпа. Ты вспомни, когда все фабрики позакрывались, то один Фомич пришёл к нам на помощь и устроил тебя в магазин. Ведь благодаря «просрочке», которую вам хозяйка отдаёт бесплатно, либо за копейки, мы на еду и денег-то почти не тратим, а это большое дело. А к этому дому у меня и раньше что-то душа не лежала.

В ближайший выходной завёл Алексей Фомич свою старенькую «копейку» и отправился на поиски. Дом Степана Гавриловича нашёл он сразу, тот стоял заросший по самые окна густым бурьяном, а неподалёку оставался ещё один полуразвалившийся сруб без окон и дверей. Надворные постройки представляли грустную картину: всё либо сгнило, либо было разрушено; от ограждения остались одни воротные столбы. Густо смазанный замок не успел ещё заржаветь и легко открылся ключом, впуская гостя в дом.

На тщательный осмотр постройки Фомич затратил не меньше четырёх часов, зато всё подробно рассмотрел и проверил. Вопреки ожиданиям, дом был ещё довольно крепким. Жесть на крыше хоть и ржавая, но без дыр и чердак был сухим; потолочные доски под слоем шлака с опилками не тронуты гнилью. Подпол был устроен с «продухом», что предохранило полы от грибка. Сруб сложен был из смолистых «недо́еных брёвен», которые прослужат ещё не один десяток лет. Всё говорило о том, что дом строился с душой, хорошими мастерами и для щедрых хозяев, которые не поскупились на расходы.

По дороге домой Фомич призадумался: сруб предвосхитил все его ожидания. В такой пристройке можно разместить кухню-столовую, санузлы и остальные подсобные помещения, а в основном здании только «чистые» комнаты. Но, это, пожалуй, одна сторона дела; с другой же стороны, как-то не совсем удобно получать такой дорогой подарок бесплатно. Да и Степан как-то непонятно говорит, - толи шутит, толи нет.

В город Фомич въезжал уже в сумерках, и решил сразу же заехать в магазин, переговорить с приятелем насчёт дома, не откладывая в «долгий ящик». Продавцы уже подсчитали дневную выручку и ждали инкассаторов.

- Привет, Степан, посмотрел я твой «домик в деревне»; сразу скажу, что он мне понравился, но хочу предупредить, что больше двадцати тысяч я за него дать не могу.

- Лёша, я же тебе сразу говорил, что никаких денег за него мне не нужно, ни двадцать тысяч, ни сорок, ни сто. Бери и делай с ним что хочешь, хоть сожги; мне всё равно.

- Ладно – решил Фомич, - давай сегодня-завтра подумаем, посоветуемся с жёнами, а потом и поговорим.

- Ну, думай, советуйся, а я своё сказал и торг здесь неуместен.

Дома жена, выслушав рассказ Фомича, наставляла мужа:

- Что-то здесь, Алексей, не так. Есть тут какой-то подвох. Не иначе, как хочет тебя твой друг на крючок подцепить.

- Это в каком же смысле?

- А в таком, что за этот паршивый дом будешь ты у него вечным должником. Что бы он ни попросил, сделать для него, ты уже не посмеешь отказать, иначе сразу: «вот я тебе…, а ты…». Отдай ему двадцать тысяч, и будете «при своих».

- Ну, если уж на то пошло, дом не паршивый, тысяч пятьдесят-шестьдесят за него дадут не торгуясь, а вот почему Степан упёрся и не берёт денег, мне тоже непонятно.

Как бы то ни было, но приятели встретились снова через три дня, когда у Алексея Фомича был очередной выходной.

- Знаешь, Степан, не могу я так; ну, хоть десять тысяч возьми для заначки от жены.

- Вот что, друг; я об этом деле тоже думал и кое-что надумал. Всё-таки, наши бабы народ, надо сказать, не то чтобы не глупый, а, прямо скажем, мудрый. Ведь они постоянно друг у дружки по знакомству или по соседству что-то берут: то котёнка, то цветочный отросток, то семена, то рассаду, то закваску для теста; а взамен обязательно дают копеечку, пятачок или рублик. Чтобы котёнок рос здоровым, отросток принялся, семена взошли,  рассада не повяла, а тесто удалось. Давай и мы сделаем так же, как наши мудрые хозяюшки: клади «на бочку» сотенную денежку, чтобы дом ваш удался; и дело с концом.

- Прямо уж «на бочку». Дай я хоть у Зиночки конверт куплю; негоже «голую» деньгу вручать.

- Ну, покупай, а я пойду чайку поставлю, а то скоро народ с работы попрёт, не до чая будет.

Алексей Фомич купил почтовый конверт, вложил в него пятитысячную купюру и, войдя в подсобку, где Степан Гаврилович ставил чайник, положил конверт на стол.

- Ладно, побегу я, Гаврилыч, дел по горло, да и машину я не запер. – и убежал.

Придя с работы, Степан со смехом хвалился жене:

- Сторговал я, Таня, наш дом Алексею за «кругленькую сумму». – И вручил ей конверт, полученный от друга.

- Тут не круглая, а полукруглая сумма, - заглянув в конверт сказала жена; - И не совестно было тебе с него деньги брать?

- Ах, он прохвост! – увидев в руках жены совсем другие деньги, рассмеялся Степан. – Ну, ладно, чёрт с ним. Это уже на детский сад смахивает.

Прошло время, кончался ноябрь, но снег ещё не выпал. Анфиса Юрьевна сидела в своём кабинетике и сводили торговый баланс, когда вошёл Степан Гаврилович.

- Фиса, ты меня завтра с обеда сможешь подменить? Нас с женой Лёша пригласил на новоселье дочери; они на два часа назначили.

- А что, они уже дом полностью отделали?

- Остались кое-какие мелочи, а так-то уже вселились дней пять назад.

- Хорошо, Степан. Тогда и от меня передашь подарочек; я его завтра захвачу с собой на работу.

Столы накрыли в просторном зале. Родня, друзья, соседи и, мало помалу, набралось человек тридцать. Когда гости расселись за столами, Алексей Фомич постучал ложкой по тарелке и обратился к собравшимся с речью, в которой поблагодарил всех за уважение хозяев и подарки для новосёлов, подчеркнув особый вклад своего товарища Степана Гавриловича.

- Знали бы вы, друзья, как мы с ним яростно торговались за этот его «домик в деревне»; я и так, и этак, а он стоит на своём: «торг здесь неуместен»; чуть ни разругались вдрызг.

- Ох, и врать ты, Лёша, - отозвался Степан. – Не слушайте его, люди добрые, этот прохиндей меня всё-таки «объегорил».

Гости дружно рассмеялись, ибо всем давным-давно было известно, как Алексей Фомич торговал дом у Степана Гавриловича.

Добавить комментарий

Правила добавления комментариев. Общение на сайте строится на принципах общепринятой морали и сетевого этикета. Строго запрещено использование нецензурных слов, брани, оскорбительных выражений, вне зависимости от того, в каком виде и кому они были адресованы. В том числе при подмене букв символами. Нельзя изменять свои сообщения по смыслу, особенно если на них уже есть ответ. Категорически запрещается любая реклама, в том числе реклама интернет-проектов. Комментарии незарегистрированных пользователей публикуются после проверки администрацией сайта.


Защитный код
Обновить

Опрос

Как Вы называете наш город?