Вт, 23 Июл 2019г
/ T:  °С

Погода


Погодные датчики


Включите cookie!

    _
     °С
    _
     %
    _
     mmHg
    _
     мин. назад
    <
    Скачать_Виджет
 

Свежее

Москвич

Рейтинг пользователей: / 2
ХудшийЛучший 

Москва, она, конечно, ло́жит на человека свой отпечатокПод сладкими выражениями таятся мысли коварные:

так, от курящего табак нередко пахнет духами. (Козьма Прутков)

Женя Барабанов после службы в армии устроился работать на завод тракторных прицепов в далёком семидесятом году двадцатого века. Приняли его учеником электрика, так как армейскую службу он проходил в стройбате по той же специальности, но только там он обслуживал линии, а здесь было промышленное оборудование. Специальность он освоил хоть и не так быстро, но всё же дошёл до четвёртого разряда.

Свою профессию он считал более интеллектуальной по сравнению со сварщиками, станочниками и слесарями, а потому и вёл себя соответствующим образом. На работу он ходил в строгом, тщательно отутюженном костюме, при галстуке и с «дипломатом», в который были уложены пассатижи, отвёртки, индикаторы и прочий монтёрский «скарб». Переодевшись в спецовку, чистую одежду вешал на специальные плечики в своём шкафчике. Если, при знакомстве, его спрашивали о работе, он неизменно отвечал: «Тружусь в отделе главного энергетика завода прицепов». Дальше, обычно, его и  не расспрашивали. В общем, всё было хорошо, кроме небольшого, но досадного «но»: не было у Жени подчинённых, а руководить людьми ему очень хотелось.

Дело в том, что в своё время он не надеялся осилить программу средней школы и ограничился семилеткой. После армии Женя попытался поступить на заочное отделение Камышинского техникума механизации сельского хозяйства, но экзамены завалил и даже армейская льгота ему не помогла. Через год такая же история повторилась в Татищевском техникуме. И только на третий раз ему удалось поступить в местный техникум лёгкой промышленности, который давно уже испытывал хронический недобор абитуриентов.

Other drugs are used to treat diabetes. You may have heard about Viagra manufacturer coupon It is also known as Sildenafil. Although erectile dysfunction is more common in men over sixty, men of any age can develop erectile problems. Sexual dysfunction can influence the quality of life. Low libido isn't the same as impotence, but numerous similar aspects that stifle an erection can also dampen your libido. While the curing is credited with improving nausea, it may also kill the mood in bedroom. If you have disappointment getting an erection, it's considerable to see a certified doc before taking any sort of drugs.

Учёба, хоть и со скрипом, с двумя академическими отпусками, но всё же завершилась успешной защитой дипломной работы на тему: «Технология пошива нижнего дамского белья». Получив новенький диплом, Евгений записался на приём к директору завода по личному вопросу.

- Александр Фёдорович, я защитился и получил диплом о среднетехническом образовании. Теперь я имею право занимать руководящие должности; кроме того, я подал заявление о приёме меня кандидатом в члены партии.

- Очень хорошо, Евгений Алексеевич, - заглянув в диплом ответил директор. – Я дам команду отделу кадров, чтобы тебя держали в резерве на выдвижение. Как только наш завод перепрофилируют на производство швейных изделий, назначим тебя мастером цеха по пошиву нижнего дамского белья. Ещё вопросы есть?

Поняв, что директор его, мягко говоря, «отфутболил», Женя на некоторое время притих, но потом, когда в горкоме партии на него завели учётную карточку кандидата в члены КПСС, он начал «атаку» с другой стороны. Теперь он стал давить на председателя профкома и парторга завода. Аргументы его были очень убедительными: у молодого коммуниста со среднетехническим образованием должна быть перспектива карьерного роста и общественные организации просто обязаны ему в этом содействовать.

Не зря говорят, что «капля камень точит». «Проточили» женины «капли» и заводское руководство: главный энергетик завода своим распоряжением обязал начальника электроотдела организовать электротехническую лабораторию и назначить её начальником Барабанова Евгения Алексеевича. Под лабораторию отвели крохотное помещение, в котором и раньше проводили различные испытания. Там была ванна с электролитом, в которой испытывали защитные средства и монтёрский инструмент на диэлектрическую прочность; ещё туда добавили мегомметры на 0,5; 1,0; и 2,5 кВ, прибор МС-08 для измерения сопротивления заземлениё и кое что по мелочи. В дверь врезали замок и прикрепили табличку: «Электротехническая лаборатория. Отв. тов. Барабанов Е.А.», и ещё, для пущей важности: «Посторонним вход воспрещён».

Вместе с новой должностью Женя получил и одного подчинённого – Станислава Сергачёва, с которым у него до этого были несколько натянутые отношения, так как Стас по натуре был насмешником и любил поёрничать. В первый же день совместной работы он с преувеличенным почтением поприветствовал Женю:

- С новым назначением Вас, Евгений Алексеевич. У Вас теперь не «дипломат», у Вас теперь папочка? Это крокодиловая кожа или буйволовая?

- Перестань, Станислав, для тебя я, как и раньше, на «ты» и по имени. А папка не из крокодиловой или буйволовой кожи, а из сафьяновой.

- Поди-кось, не положено на «ты», Евгений Алексеевич. Вы теперь при должности, а я простой монтёр, – продолжал дурачиться Стас, - что люди-то подумают?

Осваиваясь с должностью, Женя решил, что теперь он должен будет ходить на планёрки, которые каждый понедельник проводились в кабинете главного инженера завода. Первое время начальники цехов, служб, мастера, руководители отделов заводоуправления, подотчётные главному инженеру, сидя на планёрках недоумённо косились на Женю, а потом просто перестали обращать на него внимание. Зато он, приходя к себе в лабораторию, мог утомлённо бросать на стол папку и восклицать:

- Ну, сплошная говорильня; цельный час переливают из пустого в порожнее, инда голова кру́гом, как будто у людей других делов нет!

- А Вы бы, Евгений Алексеевич, одёргивали тех, кто не по делу болтает. – подкалывал Стас своего начальника, делая невинную физиономию.

- Да, хватит тебе, Станислав! Я серьёзно, а тебе всё хи́хоньки, да ха́ханьки.

Но такой уж у Сергачёва был характер, что не мог он удержаться, чтобы не высмеять слабые стороны туповатого человека, а одной из таких сторон у Жени была планёрка. Правда, ещё он в разговоре грешил просторечиями: «возвернулся», «завсегда», «ужо», «пущай», «беспременно» и т.д., что Стас также не обходил своим вниманием.

- Вот я заметил, Евгений Алексеевич, что наша уборщица завсегда Ваш стол протирает половой тряпкой; отожмёт её от воды и протирает. Вы бы ужо на планёрке поставили этот вопрос. Ну, мой стол – ладно, я простой монтёр, - а Ваш-то?!

- Такие вопросы, Станислав, на планёрке не разбирают, их решают в рабочем порядке; а с уборщицей я поговорю. – Не уловив иронии отвечал Женя.

Иногда между ними возникали небольшие ссоры, когда Евгений уличал Стаса в насмешках над собой. Со временем эти трения сглаживались и снова наступал мир.

В начале четвёртого квартала Женю вызвал к себе главный энергетик завода.

- Евгений Алексеевич, тебе поручается ответственное задание: нужно принять участие в совещании-семинаре по подготовке энергохозяйства завода к работе в осенне-зимний период. Семинар будет проводиться в нашем главке в Москве. Ни я, ни начальник электроотдела поехать не сможем, так как сейчас начались самые напряжённые работы по переводу главной понизительной подстанции завода на напряжение 35 кВ. Я созванивался с Москвой, объяснил ситуацию и получил разрешение на твою кандидатуру. Ничего докладывать не нужно будет, просто будешь вести конспекты семинарских занятий, которые запланированы на две недели.

- Даже не знаю, что и сказать, Сергей Петрович. Дело в том, что у меня в Москве нет ни родных, ни знакомых; не́где будет остановиться. Да и не был я в Москве ни разу, город не знаю, страшновато чтой-то.

- Пойми ты, чудак-человек, что на уровне главка такие мероприятия проводятся по высшему разряду. На Павелецком вокзале тебя встретят; жить всех приезжих обычно поселяют в одной гостинице, в свободное время организуют различные экскурсии. Я бы с удовольствием поехал, если бы не обстоятельства.

И отправился Женя в столицу представлять свой завод.

Когда он вернулся из командировки, все сразу отметили в нём разительные перемены. Он стал, как будто, выше ростом, в разговоре появилась этакая солидность, металлическая оправа очков заменилась на роговую. Если раньше в разговорах частенько сквозило: «мы на планёрке решили…», «у нас на планёрке…», «на планёрке поставили вопрос…» и т. д., то теперь: «совещаясь в Москве, мы…», «на московском совещании мы констатировали…», «как показал наш московский семинар…». Разумеется всё это не осталось незамеченным Стасом, который тут же добавил эти выражения в свой «репертуар», к великому огорчению Жени.

- Вы, Евгений Алексеевич, как из Москвы возвернулись, совсем другой стали, - прямо настоящий москвич.

- Москва, она, конечно, ло́жит на человека свой отпечаток, но для этого надобно там подольше пожить, а я только полмесяца всего и был-то. Ладно, хватит болтать, пора делом заняться, а то скоро уже обед, а у нас протоколы вчерашних измерений не готовы.

- Вот-вот, а до Москвы Вы так не говорили. Ну, чем ни москвич?

- Станислав, прекрати эти подтыривания, не доводи меня до греха; я тебе не мальчик какой-нибудь…

- Да, я что? Я ничего. Только иной человек хоть и съездит в Москву, а каким был, таким и приехал, а другой после такой поездки враз становится умней и культурней, стало быть, до поездки он был… - Стас скорчил кислую рожу и покачал головой.

После этих слов Женя вскочил со стула и, громыхнув дверью, пулей вылетел из лаборатории. Перемирие было опять нарушено и надолго; во время работы обходились минимумом слов. Это, разумеется, происходило на глазах всего электроцеха, что давало пищу для пересудов и сплетен, подливающих «масла в огонь». Однако, в начале декабря  обстановка в лаборатории начала понемногу приходить в норму.

Это случилось, когда рабочий день уже подходил к концу. Стас подготавливал к завтрашней работе комплект приборов для измерения сопротивления заземляющего контура кузнечнопрессового цеха, а Евгений, щёлкая дыроколом, подшивал в папку протоколы испытания изоляции электропроводок цеха шасси.

- Унылая пора, - бурчал себе под нос Стас, зачехляя МС-08. – Только недавно отобедали, а за окном уже темно; интересно, который сейчас час?

- Шестнадцать сорок пять, - откликнулся Женя, полагая, что вопрос задан ему.

- Шестнадцать сорок пять… шестнадцать сорок пять, - продолжал бормотать Стас, - это сколько же будет по нашему?.. Если у нас разница с Москвой составляет…

Что случилось с Женей, он сам не смог бы объяснить, но с криком: «убью, гад», он швырнул в Станислава дырокол и выбежал из лаборатории в цех крича: «ну, сколько же можно надо мной издеваться?». Ребята в цехе, занятые за верстаками перемоткой электродвигателей в тревоге окружили его, а в дверях лаборатории показался Стас с лицом, залитым кровью. На шум из своей конторки вышел начальник цеха, вызвали из медпункта фельдшера с медсестрой. Дырокол, острой своей кромкой рассёк Стасу лоб вместе с правой бровью; рана была неглубокой, но длинной. После того, как рану обработали перекисью и забинтовали, страсти потихоньку стали утихать, а события проясняться.

- Ты вот что, Станислав, - заговорил начальник цеха, - это дело так оставлять нельзя. Пошли сейчас ко мне в конторку, напишешь там заявление в милицию, а медики дадут справку о побоях и надо делу давать ход.

- Никуда я не пойду и ничего писать не буду. В том, что произошло у нас с Евгением я тоже виноват.

- Хорошо, можешь идти домой, я тебя отпускаю. Если будет ухудшение, на работу не выходи, а бери больничный. Барабанов, пошли со мной, напишешь подробную объяснительную.

Стас переоделся и ушёл, а через некоторое время из конторки начальника цеха вышел мрачный Женя и, покинув цех, направился к проходной завода. Когда в двери конторки показался начальник цеха, ребята спросили у него, что написал Женя.

- Прошу уволить меня по собственному желанию. – С каким-то удовлетворением ответил начальник.

Добавить комментарий

Правила добавления комментариев. Общение на сайте строится на принципах общепринятой морали и сетевого этикета. Строго запрещено использование нецензурных слов, брани, оскорбительных выражений, вне зависимости от того, в каком виде и кому они были адресованы. В том числе при подмене букв символами. Нельзя изменять свои сообщения по смыслу, особенно если на них уже есть ответ. Категорически запрещается любая реклама, в том числе реклама интернет-проектов. Комментарии незарегистрированных пользователей публикуются после проверки администрацией сайта.


Защитный код
Обновить

Опрос

Как Вы называете наш город?