Ср, 16 Окт 2019г
/ T:  °С

Погода


Погодные датчики


Включите cookie!

    _
     °С
    _
     %
    _
     mmHg
    _
     мин. назад
    <
    Скачать_Виджет
 

Свежее

Мама. Часть 1.

Рейтинг пользователей: / 3
ХудшийЛучший 

1913 г. Мои дедушка, бабушка и мама со своим братом в детском возрастеПосвящается моей маме Надежде Перфильевне

и сестре Валентине Александровне.

Милые моя мама и сестричка! Нет Вас со мной, дорогих и любимых! Разделяет нас черта между небом и землёй, и пока я здесь, по эту сторону жизни, я хочу отдать Вам дань благодарной памяти.

1942 год, Сталинград. Немцы у стен города – канонада, бомбы, снаряды, стрельба... Наша семья из трех детей, бабушки и тёти живут в Бекетовке, пригороде Сталинграда. Отец на фронте, мама в госпитале с диагнозом "брюшной тиф". Эвакуация госпиталя начинается одной из первых, больных вывозят на берег Волги для отправки в тыл.

Мама лежит на носилках - очень холодно, ноябрь. Мимо бежит молодой солдатик, спрашивает: "Что, мать, замёрзла?" Мама кивает утвердительно головой. Солдатик снимает с себя шинель, укрывает маму и бежит дальше в одной гимнастёрке. Вот она, настоящая русская душа! Милый солдатик! Я кланяюсь тебе в ноги за спасение жизни моей мамы. Я искренне верю, что Бог бережёт хороших людей и ты не мог погибнуть в Сталинградском котле - сейчас ты точно за гранью жизни, но я уверена, что в Раю! Ведь ты спас не только маму, но и её детей, внуков, правнуков. Это тебе мы обязаны нашими жизнями, наш неизвестный солдатик! Царства тебе небесного и вечная память в наших сердцах!

Other drugs are used to treat diabetes. You may have heard about Viagra manufacturer coupon It is also known as Sildenafil. Although erectile malfunction is more common in men over sixty, men of any age can develop erectile problems. Sexual malfunction can influence the quality of . Low libido isn't the same as impotence, but numerous similar aspects that stifle an hard-on can also dampen your libido. While the treatment is credited with improving nausea, it may also kill the mood in bedroom. If you have disappointment getting an erection, it's considerable to see a certified doctor before taking any sort of drugs.

Мама немного согрелась, но одолевал голод. Врач предупредил всех больных - ни в коем случае не есть солёного, не выдержат почки. Однако на берегу раздавали солёную сухую воблу. Мама лежит и видит - справа человек рыбу съел и умер, слева тоже самое. Тогда усилием воли она отказывается от рыбы. Как потом она рассказывала - она думала не о себе, а о нас, своих детях: как мы останемся без неё, её заботы, любви, обеспечения. Воистину любовь матери безпредельна! Дети, помните, что мать готова на любые жертвы ради Вас.

Тем временем эвакуировали и нас, гражданское население. Семья оказалась за Волгой в городке Палласовка Сталинградской области. Зашли в заброшенный дом покушать, разложили еду. Вдруг налетает немецкий "Мессершмидт" и начинается бомбежка. Бабушка и тётя выбегают на улицу со мной и двоюрдным братом на руках, испугавшись, что мы окажемся погребёнными под развалинами. Сестра Валя не успевает за ними, остаётся в доме. Когда она выбежала на улицу, перед ней предстала ужасающая реальность: тётя и бабушка лежали замертво, а я ползала по ним вся в крови. Братик оказался цел и невредим, я тоже не была ранена, но вся в крови бабушки.

В одночасье стала Валя главой семьи в 9 лет с двумя малолетними детьми на руках, 2-х и 4-х лет, одна в чужом городе. Как она тряслась от страха всю ночь, она помнила всю свою жизнь. Утром оказали помощь из сельсовета - Валю и Володю определили в детдом неподалеку, в приволжский городок Николаевка, а меня удочерила бездетная семья из Палласовки. У них дети рождались, но не выживали и во мне они обрели дочь Гапонову Нину Петровну, оставив без изменения только имя. Бабушка и тётя забрали с собой необходимые вещи, одежду, посуду и единственную семейную ценность, швейную машинку "Зингер". Всё это "богатство" Валя сдала в сельсовет. Самое невероятное, что бомбили Палласовку единожды в тот самый злополучный час и день, который так жестоко перекроил жизнь нашей семьи.

1934 г. Мои отец, мать и сестра Валя в 4 годикаТем временем мама ехала в эвакуацию в скотском вагоне в шинеле, с обритой наголо головой после тифа, больная. В центре вагона – печка, для которой уголь надо было добывать на станциях, чего мама делать была не в силах. Поэтому греться к печке её не пускали, приняли за бродягу, рассказу её не верили. В жизни всегда есть место добру и злу. Но доброты больше, чем зла, что и подтвердит мой дальнейший рассказ.

Мама прибывает в Свердловск (Екатеринбург), там устраивается в больнице санитаркой. Поскольку она была ещё слаба, то полное ведро с крыльца больницы она выносила, а с порожним вверх карабкалась на четвереньках. Однажды это увидела женщина-главврач и отдала распоряжение подлечить и подкормить маму в больнице. Вот она, доброта и честное исполнение врачебного долга! Благодарю Вас, добрый доктор!  Пусть душа Ваша пребывает в благости и радости! Когда мама окрепла, медсестра взяла её в свой дом няньчить детей. Потом мама рассказывала: «Детки такие хорошие, пригожие, а сердце моё ныло: А где мои дети? Живы ли? Где мать? Что с мужем?» Мама была в полном неведении о случившейся с нами беде.

Оказавшись в детском доме в Николаевке с Володей, своим двоюрдным братом, Валя сразу начала писать письма его второй бабушке Васёне, матери погибшей тёти в Палласовке. Образец использовался классический: на деревню дедушке. Но поскольку Валя успела закончить первый класс до войны, адрес написала детальнее: село Золотое, бабушке Васёне.

Письма доходили до почтового отделения села, но так как почти в каждом дворе была бабушка Васёна, определить, какой из них они принадлежат, было сложно и конверты складывались в стопочку. Когда их набралось около десятка, послания решили отнести бабушке с таким именем, ждущей весточку от второй дочери с фронта. Оказалось, это та самая бабушка Васёна, только известие не от дочери, а от внука Володи, написанное Валей.

В письме моя сестра просила забрать её с Володей из детдома, им там было страшно. Детдом формировался спешно для детей, потерявших родителей на войне и в тылу. Штат был неукомплектован, воспитатели были с детьми только днём, а на ночь их оставляли одних в большой комнате, где были как девочки, так и мальчики, подростки и дети. Ребята постарше часто обижали меньших. Валя на ночь крепко закутывалась с головой в одеялки - так она спасалась от хулиганов. Бабушка сразу приехала и забрала обоих с собой. Валя не приходилась ей кровной внучкой и, если учесть тяготы военного времени, бабушка Васёна поступила по христиански. Мир не без добрых людей!

Мама всё это время искала, где её семья. Перебрав в уме всех, кто мог бы быть в курсе, она пишет также в село Золотое бабушке Васёне, тёще своего родного брата Ивана Перфиловича. Его жена, погибшая в Палласовке, была старшей дочерью Васёны.

Всё сошлось. Однажды, когда бабушка Васёна послала Валю за хлебом, пришло письмо от мамы. При появлении моей сестры, ей сообщили эту радостную весть. Валя не поверила и только прочитав письмо сама, разрыдалась, потом долго ходила в волнении взад-вперёд в перемежку со слезами.

Как только мама получила известие о произошедшем от Вали, она тут же собралась  в путь. Добралась до села Ровное на левом берегу Волги, а на правом – село Золотое, где жила её потерянная дочь.

Стоял апрель 1943 года, лёд на Волге только тронулся, трещал по швам. Заторы, торосы, глубокие разводы! Мама решает переправляться на тот берег, прыгая со льдины на льдину. Ждать ещё месяц, пока растает река выше её сил! Всё село собралось на берегу отговаривать её от этого “безумия”. Но разве удержишь мать на краю пропасти, если есть хоть один шанс спасти своих детей любыми силами! Мама знала, что нам плохо без неё, что только она могла нам подарить нормальную детскую жизнь. Сердце её разрывалось от тревоги за нас! На глазах сельчан она ступила на лёд. В мозгу стучала неотрывно только одна мысль – скорее, скорее увидеть, обнять свою дочь и найти вторую. Господь Бог был с нею и помог нам встретиться, обрести друг друга.

Можете себе представить, какой это была встреча, настрадавшейся не по годам девятилетней дочки и измучившейся от неизвестности за судьбу детей матери. Вскоре все трое мама, Валя и бабушка Васёна поехали в Палласовку за мною и оставленными в сельсовете вещами.

По приезду маме нетерпелось узнать жива ли, здорова ли я? Она решает вначале удостовериться в этом, а потом уж идти в сельсовет и забирать меня. Валя показала дом, где я жила. Все остались на улице, а мама зашла в дом.

Когда мама открыла дверь, она сразу увидела меня в центре комнаты, одетую в вещи, купленные ею ещё в Сталинграде. Приёмная мать с полотенцем в руке говорила мне по-хохлацки «Гэть, гэть...» (уходи, уходи), но я с любопытством смотрела на гостью. Первым порывом мамы было обнять меня, прижать к своей груди, но предстоял неблизкий путь в сельсовет и оформление там формальностей. От растерянности и волнения мама попросила воды. Когда она попила, то пришла в себя и решила всё-таки осуществить первоначально намеченный план.

В  сельсовете  председатель похвалил Валю как умную девочку. Она просила сохранить вещи, потому что верила, что мама жива и они еще понадобятся семье. Все трое мама, Васёна и Валя возвратились за мной уже с вещами. Дверь в дом была закрыта. Как позднее выяснилось, отчим, уходя на работу, попросил жену запереться,  поскольку приходившая ранее женщина показалась им подозрительной. Валя осталась стоять у дверей, а мама подошла к окну. На стук подошла хозяйка дома и мама объяснила ей, что пришла за мной, своей дочкой. Приёмная мать ответила «Вас много тут проходимцев ходит, мне её отдавала девочка Валя и я поверю только ей». Как только Валя подошла, хозяйка сразу открыла дверь. Мне было в это время почти три года, но маму я не признала из-за её длительного отсутствия – лечения в больнице  Сталинграда, эвакуации, работы на Урале. Зато в сестру вцепилась судорожно и не расставалась с ней. Когда хозяйка дома попросила Валю закрыть распахнутую дверь, я не отпускала её со слезами и страхом в глазах, что она уйдёт и больше не придёт. Вся наша семья осталась переночевать.

Вернувшись в  Золотое, мама стала решать, что делать дальше. Шёл 1943 год, от мужа вестей не было; что он уже погиб, она ещё не знала. Не было работы, крова, на руках двое детишек, из вещей машинка “Зингер”, пара кастрюль, чашек, ложек и кое-какая одежонка, чтобы прикрыть тело. Мама узнаёт, что Камышинский стекольный завод набирает рабочих и, самое главное, даёт жильё. Это был выход и она с двумя детьми  и своим небольшим скарбом переезжает в Камышин.

Помню наш 2-хэтажный многоквартирный дом красного цвета. Здесь мы прожили с конца 1943 по 1945 годы. Наша комната находилась на втором этаже, где в центре стояла голландская круглая печка. Вся мебель состояла из двух железных койек, стола и скамейки.

В то время в городе боялись банды “Чёрная кошка», которая наводила на всех ужас. Говорили, что ночью они мяукают как кошки, чтобы люди их впустили. Каждый раз перед уходом на работу в ночную смену мама строго-настрого наказывала нам не открывать двери. На окна мы ставили тазы, вёдра, кастрюли, чтобы привлечь внимание шумом в случае чего. На всю жизнь я запомнила эти страшилки. Мама, чтобы нас прокормить, помимо работы на стекольном заводе, ходила по деревням менять на продукты швейные иголки, своё единственное богатство из сохраненного с помощью Вали сундука. Было очень опасно на пустынных межпоселковых дорогах, часто встречались лихие люди. Вначале жили настолько бедно, что иногда мы с Валей ходили по домам собирать милостыню. Какие же мы были счастливые, когда в сумку  попадали конфетка или пряник. Я мечтала, когда вырасту, куплю целый мешок конфет и пряников для себя, Вали и мамы!

Дети есть дети, а игрушки ни одной! Развлекала нас, малышей, Валя. Она была старше меня на 7 лет. Соберёт нас, малышню  со всего дома, рассадит, а сама залезет на стол в мамином платье и мы смотрим на её тень на стене. Она танцует, поёт, а нам интересно.

Помню пленных понурых немцев в серых шинелях и в ботинках со шнурками. Их водили на работу мимо нашего дома.

Работа на стекольном заводе была тяжёлой и опасной для здоровья. Мама получила травму - ей почти оторвало палец на руке. Лечилась марганцовкой, но не помогло - рука отекла и опухла. Она решила, что у неё началась гангрена и в этот момент у нас закончились хлебные карточки. Боже мой! Какая же для матери мука - нечем накормить детей! Собравшись с духом, она идет в больницу в самом угнетённом состоянии, опустив от безнадёжности голову. И опять Господь Бог приходит ей на помощь! По дороге ей на глаза попадается свёрток. Мама поднимает его, разворачивает, а внутри лежат хлебные карточки! Святая радость, ведь она заботилась о нас! Лучик света забрезжил в её душе, а когда в больнице сказали, что гангрены нет и назначили лечение, она воспрянула духом! Домой она пришла с краюхой хлеба, кислым молоком и капустой, вымененных на рынке за часть карточек. Как мы прыгали вокруг неё от счастья, не передать, до сих пор помню. А ведь мне было всего 4 года.

Но всё когда-нибудь кончается, пришла Победа в Великой Отечественной войне. Я не помню фейерверков и народных гуляний, но в детскую память врезалось возвращение с фронта маминого брата Ивана Перфиловича – красивого, молодого, подтянутого, с орденами и медалями. Он дошёл до Будапешта, остался жив. Привёз подарки, особенно запомнилась губная гармошка и чрезвычайно красивая кофточка для Вали: красная, атласная, с набивными цветами. Таких я больше не видела, пожалуй, до самой перестройки. Валя носила её долго, берегла.

С приездом маминого брата закончились для нас безнадёжные дни – дядя Ваня до конца жизни поддерживал маму, помогал чем мог растить нас, детей. Спасибо тебе, наш родной, любимый дядя Ваня. Мама просила всегда о тебе помнить и я тебя не забываю и, надеюсь, передала любовь к тебе своим детям. Память о тебе и благодарность к тебе живёт в наших сердцах.

Тем временем Иван Перфилович едет в село Золотое к сыну Володе, нашему двоюрдному брату. Поскольку его жена, мать Володи, погибла в Палласовке, он озадачен тем, чтобы найти сыну женщину, которая бы достойно заменила ему родную мать. В этой ситуации самой подходящей кандидатурой жены оказалась младшая дочь Васёны Клавдия, родная сестра погибшей матери Володи.

Вскоре обе семьи - Ивана Перфиловича и мамы - переезжают в село Высокое Красноармейского района Саратовской области, селятся в одном доме и живут все вместе.

Продолжение следует.

Добавить комментарий

Правила добавления комментариев. Общение на сайте строится на принципах общепринятой морали и сетевого этикета. Строго запрещено использование нецензурных слов, брани, оскорбительных выражений, вне зависимости от того, в каком виде и кому они были адресованы. В том числе при подмене букв символами. Нельзя изменять свои сообщения по смыслу, особенно если на них уже есть ответ. Категорически запрещается любая реклама, в том числе реклама интернет-проектов. Комментарии незарегистрированных пользователей публикуются после проверки администрацией сайта.


Защитный код
Обновить

Опрос

Как Вы называете наш город?