Палата № 8

Рейтинг пользователей: / 6
ХудшийЛучший 

КапельницаСемён Иванович вот уже второй раз в своей жизни уподобился попасть в райбольницу по случаю резкого ухудшения здоровья. На седьмом десятке лет - это было не удивительно. Поместили его в неврологическое отделение к инсультным больным.

Десятиместная палата № 8 располагалась в конце коридора одноэтажного здания, против совмещенного туалета. Единственное окно выходило во двор. Палата, как и другие, давно не ремонтировались. Краска на стенах вспучилась и осыпалась во многих местах, Потолки были в коричневых  разводах от дождей. Пахло плесенью и хлоркой. Из туалета несло фекалиями.

В здании, где ранее постоянно располагалось отделение, шёл капитальный ремонт. Выделенные  больнице деньги из бюджета надо было осваивать.. Это и послужило  срочному началу ремонта именно в конце октября, совпавший с самым насыщенным периодом поступления больных.

Other drugs are used to treat diabetes. You may have heard about Viagra manufacturer coupon It is also known as Sildenafil. Although erectile dysfunction is more common in men over sixty, men of any age can develop erectile problems. Sexual dysfunction can influence the quality of being. Low libido isn't the same as impotency, but numerous similar aspects that stifle an erection can also dampen your libido. While the treatment is credited with improving nausea, it may also kill the mood in bedroom. If you have disappointment getting an erection, it's considerable to see a certified doctor before taking any sort of drugs.

Временное убежище отделения было построено  ещё в предвоенные годы  прошлого столетия. Ремонта здесь не наблюдалось лет пятьдесят, о чём свидетельствовала нацарапанная надпись на стене - «Лена 1961 год». Уже неделю, как совмещенный туалет был забит. Фекалии растеклись из унитаза по всему полу так, что пациенты, кто еще как-то передвигался, вынуждены были постелить на пол доски, найденные на территории больницы. Тем не менее, ходячие больные старались не ходить сюда, а отправляли естественные надобности в кустах небольшой лощины во дворе или умудрялись сходить в служебный туалет для медперсонала, где было чисто. Это вызывало недовольство у медперсонала, на почве чего возникали перебранки. Больше повезло не ходячим. Им подавали судно.

Всяческие жалобы и обращения к руководству райбольницы на неудобства не давали результатов, потому что лечение больных быстро заканчивалось по новым срокам Минздрава, пациенты выписывались. Так всё и сходило с рук главному врачу. А местные власти и депортамент здравоохранения делали вид, что ничего не происходит.

Семён Иванович, не спавший всю ночь от разноголосья храпа в палате, отметил начало дня громкой перебранкой медперсонала с лежачими больными, потерпевшими от последствий несвоевременной подачей судна… С вечера он долго не мог заснуть, так как сосед ночью продолжительно копался в тумбочке, хрустел пакетами, потом ел, причавкивая. Когда тот давился, то натужно кашлял, крошки и мокроты летели Семёну Ивановичу в лицо…

Началось движение в отделении. Санитары роняли тазы и вёдра на кафельную плитку, от чего раздавался резкий звенящий грохот, воздействующий на нервы, бранились между собой по поводу неправильного графика дежурств и несправедливой оплаты труда. Запахло хлоркой. Началась влажная уборка помещений.

Две здоровенные поварихи покатили тележку в пищеблок за завтраком. Раздался грохот напоминающий звук катящейся вагонетки, сопровождаемый отборными словечками, хихиканьем  и надрывным кашлем одной из них.

Семён встал с койки и подошёл к окну. Светало. Он обратил внимание, как в лощину потянулись больные.  Не взирая ни на что, наблюдалось движение пациентов обоего пола…

За неделю пребывания, он настолько устал находиться в неврологии, что стал замечать за собой раздражительность по отношению ко всему больничному. Давление скакало. Приём таблеток не помогал, а жалоба лечащему врачу на ухудшение самочувствия, неожиданно привело к резкому ответу с акцентом:

- Старость не лечится! Дарагой!

Семён Иванович стоял у окна. На улице стало светло и чувствовался небольшой морозец. Он открыл окно и из совмещенного туалета сквозняком  понесло запахом фекалий… Кто-то из больных выругался. Семён Иванович закрыл окно. Вошедшая в палату санитарка заверещала:

- Проветриваем помещение! - и распахнула окно. Но уже никто не возмущался за сквозняк и запахи… Никому не хотелось связываться…

Снова загремела вагонетка и Семён Иванович отметил про себя, что привезли завтрак. Ничего необычного не подали и на этот раз: капуста, приготовленная на воде с запахом хлорки и компот светло-жёлтого цвета, с разваренными сухофруктами.

На лицах здоровенных представительниц пищеблока Семён Иванович прочитал:

- Жрите, что дают!

Он поморщился, отставил тарелку и выпил компот. Он никак не мог понять, почему в общепите и пищеблоках такие здоровенные? То ли переедали в рабочее время, то ли никак не могли наесться? Он вспомнил, как вчера на обед подали пустые щи, в которых с трудом нашёл дольку картофеля, несколько обрезков капусты в тёплой воде… А диабетикам подали суп с хлопьями. Непонятные хлопья там действительно были…

После завтрака начался обход. Лечащий врач, имя и отчество которого пациенты не могли выговорить, зашёл в палату, окинул взглядом больных, с надеждой ожидавших общения с доктором, поздоровался с акцентом:

- Всем инсульт-привет! - и вышел из палаты. Обход закончился.

Семен Иванович, так и не получивший консультацию на предмет, как ему бороться с повышенным артериальным давлением, чертыхнулся и лёг на койку, пропахшую хлоркой. Левая рука начала неметь. Он размышлял, что доктор либо не знает ничего, либо не желает разговаривать с больными. А уж неуместный его юмор раздражал.

Лежащий у окна пациент, у которого  наблюдалось нарушение речи, пытался привлечь к себе внимание:

- Ко-ко-ко, тя-тя-тя! Что тот хотел сказать, было непонятно.

Семён Иванович позвал санитарку. Та подошла к больному только минут через пять-семь. Она опоздала, тот успел опорожниться под себя…

Заглянула медсестра, приглашая ходячих больных на уколы. Семён Иванович попытался выяснить у той, что за лекарства ему прописали и от чего? Последовал ответ:

- Спросите у лечащего врача!

Ему на ум пришёл анекдот.

Доктор - медсестре:

- Леночка, последний раз повторяю: белые и круглые - таблетки, черненькие и  квадратные - это гайки. Вам-то всё равно, но вот больные жалуются…

Прошло определённое время и медсестра принесла капельницы. Это совпало по времени с приближением обеда, о чём оповестил грохот тележки из пищеблока. Когда очередь дошла до палаты №8, все пациенты были под капельницами.

- Ма-а-льчики! Обед! - радостно оповестила больных повариха, как будто принесла пирог с яблоками и горячим кофе, в упор не видя, что все не могут даже пошевелиться. Ей самой пришлось разнести пищу каждому больному, притворно проявляя доброжелательность, и удалилась.

Содержимое капельниц неожиданно начало заканчиваться почти одновременно. На продолжительные крики пациентов, пришла медсестра и заметалась между больными. Кому-то пришлось перекалывать другую капельницу, у кого раздулась рука…

Когда всё это закончилось, обедать расхотелось. Пища уже остыла. У Семёна Ивановича возникло сомнение, стал бы такую пищу есть Тузик? Он отодвинул тарелки с больничной едой, из тумбочки достал кусок домашнего сыра и пакет молока. Тем и пообедал.

Настало самое приятное время - больных наведывали родные и близкие. Посетители заходили в палату в верхней одежде, так как раздевалка не функционировала, халатов и накидок не выдавали. В палате запахло домашней едой, то тут, то там раздавались голоса навещавших:

- Представляешь, - рассказывала одна посетительница, - читала в интернете на сайте города, что по нашей больнице Госдума проверяет какую-то жалобу или несколько жалоб. Суть не знаю, но приехал депутат Госдумы на встречу с медперсоналом. Говорят, в последнюю минуту главврач сбежал, а вместо его вышел заместитель по хозчасти… Спасибо - не сестра-хозяйка.

Другой принёс свежие анекдоты и смачно рассказывал одному из больных:

- Поступил мужик по скорой. Положили его на кушетку. Один из двух осматривавших врачей, спрашивает:

- Ну что, лечить будем или пусть живёт?

- Гы-гы-гы!

- А вот ещё: Идет операция. Хирург ассистентке:

- Сестра, скальпель! Сестра спирт! Всем спирт! Помянем!!!

- Ха-ха-ха!

Семен Иванович с трудом вышел в коридор. Ему так всё надоело! Этот плоский юмор про  больницу, постоянный грохот тележек и каталок, ведер и тазов, резкие звуки, запахи из туалета, перебранки медперсонала, невнимательность врача, анализы, пустая еда, бессонные ночи и вся обстановка в отделении раздражали его. Он рвался домой. Хотелось выспаться в покое, посмотреть телевизор, послушать щебет внуков, покушать домашних щей, пообщаться с Тузиком во дворе, пройтись по саду и подышать свежим воздухом. Больница угнетала его. Он посчитал дни, проведенные здесь.

- Трое суток ещё осталось, - тихо произнёс Семен Иванович, вздохнул и зарёкся более не попадать сюда.

Он вернулся в палату. Начитавшись газет и насмотревшись дома телепередач об успехах здравоохранения в регионах, он в толк не мог взять, о каких успехах шла речь, ежели  на таком уровне обстоят медицинские дела в отдельно взятой больнице?

- Уж лучше  дома помирать буду, - пробормотал он, укладываясь на свою койку. Наступало время тихого часа.

Ему захотелось быстрее забыться во сне, чтобы пролетел ещё один невыносимый день.

Олег Игнатов, октябрь 2014 г.